Спасти мир от компьютерного зла

Просмотров: 14168

В мире есть два глобальных русских бренда - Калашников и Касперский. Офисы компании Евгения Касперского есть во всех странах мира, только в Китае его антивирусами пользуются 100 миллионов человек. Эксперты оценивают стоимость "Лаборатории Касперского" в 2 миллиарда долларов.

Текстовая версия передачи

В мире есть два глобальных русских бренда - Калашников и Касперский. Офисы компании Евгения Касперского есть во всех странах мира, только в Китае его антивирусами пользуются 100 миллионов человек. Эксперты оценивают стоимость "Лаборатории Касперского" в 2 миллиарда долларов.

Олег Анисимов, вице-президент ТКС-банка:

Здравствуйте, уважаемые господа! У нас сегодня в гостях один их самых известных в России и, наверное, в мире предпринимателей в IT и в интернете, человек с говорящей фамилией – Евгений Касперский, человек-антивирус, как иногда его называют.

Олег Тиньков:

Нам особенно приятно видеть тебя здесь у нас в гостях, потому что с некоторых пор Олег – это бывший главный редактор журнала «Финанс», а сейчас это вице-президент банка «Тиньков» и мой помощник по маркетингу. Мы с Евгением работаем, как это ни странно, в одном бизнес-центре. Мы на первом этаже сидим, а он – на третьем, по-моему.

Евгений Касперский, основатель "Лаборатории Касперского":

Да, абсолютно правильно, и пересекаемся с сотрудниками в столовой иногда и в фитнес-центре.

Олег Тиньков:

И сразу тогда вопрос, исходя из соседства. Ровно полгода назад нам устроили геморройный день: все перекрыли, все закрыли, президент Дмитрий Анатольевич Медведев приехал к нам в офис, практически к нам, в банк «Тиньков Кредитные Системы», а на самом деле – к Евгению. Расскажи про визит, что было? Почему приезжал? Что пообещал, что дал, что было?

Евгений Касперский:

Это было заседание правительственной комиссии по модернизации экономики. И состояние было немножко шоковое. К нам едет президент!

Олег Тиньков:

Т.е. вас огорошили?

Евгений Касперский:

На самом деле его цель была не столько посмотреть, показать, поговорить со мной, а просто привести хорошую большую компанию в правильное место, как я думаю, что он решил, что наше место – правильное и плюс символичное. Т.е. первое заседание данной комиссии провести у нас в компании, которая как одна из немногих успешна и за рубежом. Почему решил уделять такое внимание компании? Мне что-то подсказывает, что это случилось сразу за его туром по Латинской Америке. Он был в Чили, по-моему, в Аргентине, Бразилии. Я думаю, что он приезжает и спрашивает:"Ну, с чем Россия у вас ассоциируется?" Ему говорят: "Касперский". Приезжает в другую страну – то же самое. Т.е. мы есть везде.

Олег Тиньков:

Т.е. в мире теперь есть Калашников и есть Касперский.

Евгений Касперский:

Буквально то же самое было 2–3 года назад написано в одной австрийской газете.

Олег Тиньков:

Ну, это очень круто. Поздравляю искренне!

Евгений Касперский:

Стараемся, работаем! Я уже понял тему данного разговора, и, как мне кажется, тема должна звучать не просто предпринимательство, не просто российский бизнес, а развитие российского бизнеса на международной арене. Потому что я считаю, что если говорить о предпринимательстве, о бизнесе, о целях – это, конечно, развивать свой бизнес, участвовать в чужом бизнесе, имея в голове цель превратить бизнес в глобальный международный. Во-первых, это снижает зависимость от ситуации на локальных рынках, а во-вторых, это просто здорово, просто интересно, просто интересно шарахаться по всему миру. У меня, конечно, не все сотрудники компании, но есть достаточно много народу, которые работают с нашими офисами во всем мире, им приходится Штаты, Бразилия, Австралия, Гонконг и т.д., это уже нормально. И им нравится.

Олег Анисимов:

Это прекрасно. Я думаю, что вы тем самым очень сильно улучшаете имидж нашей страны в мире.

Евгений Касперский:

Приходится, кто-то должен это делать.

Олег Анисимов:

Это прекрасно, скажи, а как продажи программ в связи с кризисом себя ведут?

Евгений Касперский:

Кризис оказал негативное влияние на развитие нашего бизнеса, но бизнес развивается быстрее, чем на него давит кризис. Поэтому в прошлом году мы показали, это можно по-разному считать, вы люди финансовые, сами все знаете. На вопрос «А каковы наши финансовые результаты?» хороший финансовый директор всегда ответит: "А ты какую цифру хочешь услышать?"

Олег Тиньков:

Да.

Евгений Касперский:

Как правильно посчитать! Я считаю по разным стандартам: рост за прошлый год составил 30–40%. Т.е. мы несмотря на то, что все здесь такое…

Олег Анисимов:

И какая выручка?

Евгений Касперский:

Неаудированные данные по Букингс у нас, по-моему, 460 миллионов долларов, Revenue, GP revenue у нас 390 получилось за прошлый год.

Олег Тиньков:

GP, извиняюсь, это что?

Евгений Касперский:

GPAP, это мы не сообщаем. Мы компания очень открытая, мы всегда говорим, very transparent company, но мы сообщаем не все. Мы не публичная компания, поэтому мы имеем право кое-что скрывать. Но мы при этом ведем всю бухгалтерию, аудит и прочее.

Олег Тиньков:

А соотношение русского бизнеса к западному каково?

Евгений Касперский:

У нас пиарщики, к сожалению, запрещают разглашать эти данные.

Олег Тиньков:

Но мы же все знаем, что мир – больше, гораздо, чем Россия.

Евгений Касперский:

В разы.

Олег Тиньков:

Вот так.

Евгений Касперский:

Да. На самом деле Россия – регион, если говорить по странам, где-то 3–4 будет.

Олег Тиньков:

А в Китае вы представлены?

Евгений Касперский:

Что вы, конечно. Ой-ой-ой, как работаем! Я ноутбук не взял, сейчас бы такие фотки показал с Китая. В Китае у нас все очень круто.

Олег Тиньков:

И США уже есть?

Евгений Касперский:

Да.

Олег Тиньков:

А как же получилось так, вот вразумите нас, меня в первую очередь, что у них есть целая Силиконовая долина, вот в Сан-Франциско, где я прожил 6 лет, кстати, и там все я знаю, там все наши и не наши и т.д., и Брино я видел на дискотеке на русской. Почему же такая тривиальная вещь как software для защиты, как это у вас правильно называется?

Олег Анисимов:

Антивирус.

Евгений Касперский:

Решение по интернет-безопасности.

Олег Тиньков:

Решение интернет-безопасности из России? Как-то у меня логически не складывается. Про Калашникова понятно, про гимнастов понятно, и про балет понятно.

Евгений Касперский:

А почему про Калашникова понятно, а про soft нет? Почему?

Олег Тиньков:

Так ведь там же создана среда.

Евгений Касперский:

Дело в том, что в России, в Советском Союзе были достаточно сильные школы программирования, и они, конечно, сейчас стали другими, насколько я понимаю, потому что я был тогда еще слишком маленьким ребенком, чтобы делать какие-то выводы.

Олег Тиньков:

Так и в Индии такие хорошие школы.

Евгений Касперский:

Нет-нет. Если вы хотите поговорить на эту тему, давайте поговорим.

Олег Тиньков:

Давайте. Миф разрушайте!

Евгений Касперский:

Действительно сильные программисты – это люди, которые получили высшее образование, причем в большинстве своем они получили не программистское образование, это технари, это математика, это физика, все что угодно. А программирование для них шло как дополнительное.

Олег Тиньков:

Прикладное.

Евгений Касперский:

Да, прикладное. Поэтому у российских программистов мозг организован правильно.

Олег Тиньков:

Классически.

Евгений Касперский:

Да, классическое техническое образование, и это есть правильно и хорошо, я это всячески приветствую, и это нужно развивать. Если вы хотите легко поднимать 100 килограмм, значит, вам нужно тренироваться на 150. Вот этих ребят тренируют на 200. Конечно не всех, но в среднем по больнице температура хорошая.

Олег Тиньков:

Это плюс нашего образования, но есть и минус.

Евгений Касперский:

Какой?

Олег Тиньков:

А они не бизнесориентированы, они в бизнесе ничего не понимают.

Евгений Касперский:

Давайте про программирование расскажу, а потом уже поговорим про бизнес. Так вот, российские программисты в результате получаются инженерами программирования, и они ценятся и в Силиконовой долине, они ценятся везде. Раньше, когда мы выходили с нашим продуктом на западные рынки, на нас смотрели и говорили: «Антивирусы? Решения по безопасности из России?» А сейчас уже: «Россия?! Русские программисты – это самые-самые-самые программистские программисты в мире!» Открытым текстом говорят, потому что сейчас уже сложился такой правильный имидж, что русские программисты – самые умные в программировании, потому что система образования такая хорошая.

А обратная сторона медали: русские хакеры и компьютерные преступники, к сожалению, тоже дают жару всем. Так вот, это система образования. Хорошая система образования есть еще в Европе и в Штатах. В Европе, к сожалению или к счастью, все-таки менталитет, культура, она отличается от нашей, и это, кстати, еще одна, третья, тема, почему в некоторых странах soft пишут, а в некоторых – нет. А вот в Японии, допустим, soft не пишут, они вообще говорят об этом как о национальной проблеме. Им не хватает компаний, которые разрабатывают программные продукты. Вот железки делать они могут. Немцы: железки делать – да, soft – нет!

Олег Анисимов:

А как же SAP?

Евгений Касперский:

SAP – это исключение, которое еще раз подтверждает правило. Если говорить про индусов, если говорить про китайцев, а сейчас там уже и Малайзия подтягивается, они все-таки получают начальное программистское образование, и они – это software-рабочие, это не software-инженеры. Им нельзя давать задачи, которые требуют креативности, которые требуют изобретательности, там не нужно думать.

Олег Анисимов:

Это про индусов?

Евгений Касперский:

Да, их туда пускать нельзя.

Олег Тиньков:

Зато они копируют быстро и эффективно. А американское образование, ты еще не рассказал, тут что?

Евгений Касперский:

Я плохо знаю, но американские программисты тоже нормальные все. Но, правда, там сложно отличить, он вообще русский или американец. Если же говорить про бизнес-образование, мне кажется, что это все еще наследие тех времен. Техническое образование, когда Петр и Екатерина строили университеты и ввозили сюда профессоров за большие деньги из Европы, вот с тех пор традиции технического образования не прерывались. Т.е. не было разрыва цепочки студент – учитель: студент становился учителем, у него появлялись студенты, студенты вырастали в аспирантов, в профессоров, и у них появлялись новые студены. Т.е. вот эта наследственная передача генов технологических, она не прерывалась, и более того, во времена Советского Союза, во времена холодной войны, наоборот, тем более туда были очень большие вливания. А если говорить про предпринимательство, про бизнес, то такого слова просто не было. Вот и все.

Олег Тиньков:

Я общался недавно с большим американским предпринимателем, у него компания огромная, он сам банкир, владелец этого банка, совладелец, и у него работают десятки тысяч людей, аналитиков, это аналитический банк, называется Capital One. Очень известный для кредитных карт – 45 миллионов кредитных карт. Он сказал: «Мы очень любим нанимать русских аналитиков, но одна проблема с русскими аналитиками: они не бизнес-ориентированы, они вообще не понимают бизнес, поэтому все равно мы платим больше денег и больше любим американских аналитиков, потому что они с MBA, и они с бизнес-пониманием».

Евгений Касперский:

Понятно, они на одном языке говорят.

Олег Тиньков:

Вот смотри, ты, наверное, один из немногих, ты, условно говоря, аналитик или программист, как хочешь тебя можно назвать, при этом ты бизнес-человек. Вот как так случилось? У тебя нет MBA? Но, тем не менее, таких людей нет.

Евгений Касперский:

Я по образованию криптограф вообще, у меня профессиональное образование – криптографическое математика.

Олег Тиньков:

А откуда у тебя такие бизнес-познания? Потому что как правило инженеры – они скромные.

Евгений Касперский:

Кушать хотелось в 1990 году. Но не только, не знаю, звезды так встали, мама так воспитала. Глядя на историю своей компании и на историю своего успеха, я удивляюсь, потому что во многих ситуациях единственное возможное решение, единственная дорога, которой мы могли следовать, – она была единственной правильной дорогой.

Олег Анисимов:

Т.е. выбора не было?

Евгений Касперский:

Просто выбора не было.

Олег Анисимов:

Но это прекрасно.

Евгений Касперский:

Немножко просто расскажу. С чего все начиналось? Начиналось все с того, что мне просто нравилось писать антивирусы. И вдруг эта проблема стала не то чтобы очень актуальной, но появились редкие случаи, когда за это начали платить. И у меня было два контракта, аж в 1990 году

Олег Анисимов:

Вирусы были в 1990 году уже?

Евгений Касперский:

Конечно, они были немножко раньше. Первый вирус был написан для Apple в 1981 году. Я просто немножко в теме, поэтому когда говорят, что компания Apple выпускает компьютеры, которые не заражаются вирусами, они заражаются, причем самый первый вирус был написан для того прототипа Mac-a. Так вот, тогда удалось мне заключить два контракта с компанией, которую достали звонки от клиентов. Она торговала компьютерами, и был там вирус, который рушил данные. Просто у них была партия зараженных машин, видимо им досталась, болгарских, как сейчас помню, и соответственно у них были очень большие неприятности с клиентами. И они просто решили купить на все и в результате заплатили так, что я мог бы, наверное, автомобиль купить, что для 1990 года было...

Олег Тиньков:

Да, круто.

Евгений Касперский:

Нормально было. У меня был уже один сын, сейчас их уже двое, они такие, говорят «папа» и смотрят на меня сверху вниз.

Олег Тиньков:

«Дай денег».

Евгений Касперский:

Да нет.

Олег Анисимов:

Это сказал новый русский своему отцу старому еврею.

Евгений Касперский:

Так вот, с того момента пытался на этом как-то заработать. Причем с самого начала. А потом это была маленькая компания, маленькая команда людей, которые делали просто технологии, и было очень голодно, на самом деле. И мы просто халтурили на рынке, мы занимались аутсорсингом на другие, более успешные компании западные. На этом мы поднялись, прокормились, мы дошли до какого-то уровня, мы смогли разработать технологии. А выходить с продуктом на зарубежные рынки мы не были готовы, и тогда почему-то мы это поняли. Что нам не нужно ломиться туда с продуктом, нам нужно выходить с технологиями. И мы начали лицензировать наши технологии нашим конкурентам. А потому что это все было внутри индустрии, и нам не нужно было маркетировать это, они все же друг друга знают. Ну там, в банковской среде, все друг друга знают, кто чем занимается, знают.

Олег Тиньков:

Ну да.

Евгений Касперский:

То же самое в антивирусной среде: все знают друг друга. Мы говорили: «Ребята, вот у нас есть движок, который лучше всего. Вот у нас есть технологии, которые вы все знаете, они лучше, чем у остальных». Лицензируем. Потом пошли контракты. Бах, кризис 1998 года, а мы – на западных контрактах.

Олег Тиньков:

Валютная выручка.

Евгений Касперский:

Ой, я просто вспоминаю то время, как же было хорошо.

Олег Анисимов:

А сейчас плохо с 400 миллионами долларов?

Евгений Касперский:

Отлично! Сейчас тоже очень хорошо.

Олег Анисимов:

Когда было плохо?

Евгений Касперский:

Плохо было, когда был интернет-пузырь, в 1999 еще было хорошо по причине кризиса, а потом, когда пошел всплеск, раздутие пузыря, тогда было немного тяжеловато, но ничего, пробились, переждали.

Олег Тиньков:

А было такое, что казалось, все, все бросить?

Евгений Касперский:

Глобально нет.

Олег Тиньков:

Даже на ранних стадиях?

Евгений Касперский:

Нет, такого никогда. Локально были проваленные проекты, на которые была очень высокая ставка поставлена. Такое было, и большие скандалы серьезные, и нервы. Ну, когда что-то ты делаешь, делаешь, вкладываешь в это всего себя, все ресурсы, два года ждешь, а ничего не происходит.

Олег Анисимов:

Евгений, вопрос такой: что будет, если, допустим, Билл Гейтс или Сергей Брин проснутся, и им в голову взбредет, что нужно купить какого-нибудь антивирусного производителя, и они его бесплатно внедрят в Windows и в Google.

Олег Тиньков:

Ну, Apple это по сути и сделал, у них внутри получается OSX или OS-2.

Евгений Касперский:

Да нет, Apple с точки зрения уязвимости.

Олег Тиньков:

Но вы же не продаете на Apple, а? Есть Касперский?

Евгений Касперский:

Есть, а вирусов мало. Вирусов мало по той простой причине, что доля Apple до сих пор не такая большая.

Олег Тиньков:

Если верить моим глазам и ушам, она больше в несколько раз. То, что я вижу.

Евгений Касперский:

Компьютерная преступность в основном базируется в Китае, Латинской Америке, Бразилии и русскоговорящих странах. А Mac в основном представлены в Штатах, Западной Европе, Японии и Австралии, т.е. нет пересечения. А вирусы, 99,999% всех компьютерных вирусов, троянцев и прочего всего пишется компьютерными преступниками с целью заработать на этом денег. Украсть ваши персональные данные банковские, подсунуть вам трояна, чтобы спам рассылал, заблокировать информацию тем или иным способом и деньги потребовать. Ну там видов криминальных бизнесов в сети очень и очень много. Так что эти ребята бизнесмены, они предприниматели.

Олег Тиньков:

Без образования юридического лица!

Евгений Касперский:

Да, без, налоги они не платят. Хотя почему нет? Я не удивлюсь, что у них есть фирмы какие-то подставные или еще какие-то, где они что-то прокручивают.

Олег Тиньков:

А к вам иногда приходили такие, договаривались: «Давайте договоримся»? Бывает, на вас выходили раньше?

Евгений Касперский:

Мы очень далеко друг от друга находимся, во-первых, а во-вторых, им с нами договариваться в целом не о чем, потому что им надо договариваться тогда со всей антивирусной индустрией, но это… Они быстрей напишут нового трояна, который будет нас пробивать.

Олег Тиньков:

А антивирусная индустрия мира, это какая по объемам, сколько миллиардов долларов?

Евгений Касперский:

Вы знаете, там можно считать по-разному, там можно считать решения для серверов, для мобильников и прочее. Давайте считать, сколько зарабатывает индустрия или сколько платит конечный пользователь. Если говорить про конечного пользователя, то именно то, что называют антивирусы, – это 8–9 миллиардов долларов в год.

Олег Тиньков:

Всех?

Евгений Касперский:

Всего, да.

Олег Анисимов:

А если кто-то сделает бесплатные антивирусы?

Евгений Касперский:

Так есть же.

Олег Анисимов:

Они влияют на индустрию?

Евгений Касперский:

Да, влияют, они оттягивают на себя некоторое количество пользователей. Ну и что? Давайте я объясню по-другому: 15 лет назад некоторые пользователи компьютеров и интернета думали, что они могут обойтись без антивируса, сейчас ситуация поменялась, сейчас уже все знают, что антивирус таки нужен. Но сейчас некоторые пользователи сети и компьютеров думают, что они могут защищать себя достаточно надежно бесплатными антивирусными решениями. Это не так! Разработка антивируса современного серьезного – это задача достаточно технологически непростая. Это сотни технарей, это я уже не помню, сколько киловатт мы потребляем электричества, но я видел планы на развитие год назад, мне сказали: «3 мегаватта мы будем потреблять через пару лет». Потому что там стоят роботы, которые обрабатывают терабайты информации.

Олег Тиньков:

Да, мы с вами много потребляем в центре.

Евгений Касперский:

Мы ищем вирусы в сети, мы потребляем очень много информации, мы должны ее обработать, поэтому жрут они электричество, как голодные свиньи. Т.е. вообще разработка антивирусов, а дальше мы должны up-date раздать, а раздать up-date – это нужны сервера, и это тоже по всему миру. Я даже не знаю, сколько у нас серверов. Много. На Китай, допустим, мы раздаем, у нас больше 100 миллионов пользователей, я не сказал покупателей, пользователей – у них уровень пиратства примерно 95%. В Китае у нас все очень хорошо, но и там приходится раздавать очень много.

Олег Анисимов:

Подожди, там тоже надо раздавать?

Евгений Касперский:

Конечно.

Олег Анисимов:

А как это? Зачем?

Евгений Касперский:

Вы знаете, мы очень жестко не следим за, т.е. мы можем закрутить гайки так, что нелегал не сунется, но наша миссия компании не заключается в том, чтобы заработать денег и чтобы убить пиратство. Миссия компании – спасти мир от компьютерного зловредства. Вот и все. Мы прекрасно понимаем.

Олег Тиньков:

Почти как у Google, у них там тоже: спасти мир или сделать мир лучше, по-моему.

Евгений Касперский:

Да. Миссия, vision должен быть коротким и понятным. Т.е. спасти мир. Все. Вопросы есть? Вопросов нет. Все пошли работать. Все идут и спасают мир, причем делают это радостно.

Олег Тиньков:

Евгений, у меня такой вопрос от наших слушателей и от меня лично. А как вообще решиться пойти на завоевание мира? Потому что вот завоевание России – достаточно, мне кажется, тривиальная вещь, хотя, может, многие сейчас смотрят и думают: «Россия, тут как бы город завоевать с нашим продуктом». Потому что у меня, например, нет проблем с завоеванием России, я ее понимаю, я ее чувствую, будь то пиво продать по всей стране, пельмени или магазины построить, или сейчас кредитные карточки у нас от Сахалина и Камчатки до Калининграда, полмиллиона карточек роздано за 1,5 года, это мне все ясно. А вот начинаю думать: «Германия, Америка – это же другой менталитет, это же вообще…» Вот как на это решиться? Как вы на это пошли? Для меня это просто страшно.

Евгений Касперский:

Германия, Америка – это все-таки европейский менталитет, а вот Япония, Китай, вот там гораздо сложнее, конечно. Дело в том, что я достаточно рано попал за границу на выставку CeBit, Германия, это был 1992 год. И вот почему-то тогда я понял, что нужно лезть на Запад. Может быть, даже раньше я это понял, еще в начале 1990-х годов, те утилиты, это не был software-ный продукт в современном понимании. Это была просто tools-а некая, которая ловила вирусы. Так вот у этой tools-ы был, я, во-первых, ставил всегда цель создать лучший в мире антивирус с точки зрения качества защиты, но плюс к этому я, наверное, был первый в мире, кто сделал интерфейс этому антивирусу, за что меня критиковали: «Антивирус должен работать из командной строки». А во-вторых, он был двуязычный, по кнопке переключалось – русский или английский. Т.е. с самого начала почему-то у меня было это, что нужно делать английскую версию, для того чтобы она была не только здесь, но и там.

Наверное это потому, что я экстраверт, т.е. мне хотелось, чтобы оно было везде. И когда меня вывезли на выставку, я там поработал за столиком целую неделю, у меня было время, у меня был день пробежаться, выставку посмотреть, и вот я тогда понял, что вот это надо. И когда пришел первый запрос на то, чтобы опубликовать на FTP, на интернет-ресурсе, бесплатно копию моего софта, хотя в России мы уже пытались как-то его продавать, правда никто не покупал. «Продавались ли ваши продукты в России?» – «Да, конечно, продавались». Главный вопрос: покупались ли они? Покупались как-то не очень. Я сразу отдал туда бесплатно только для того, чтобы оно пошло. И пошли запросы от мелких компаний, от студентов. С неизвестной разработкой из России в 1993–1994 году никто работать не собирался, поэтому были в общем-то такие маргинальные контакты, но были, конечно, ребята и нормальные, серьезные, честные. Один из них сказал: «Жень, что ты делаешь? Тебя же будут обманывать, потому что у тебя по контракту нет никаких рычагов для того, чтобы контролировать продажи». На что я ему ответил честно: «У нас два варианта: любо мы им даем возможность воровать, либо мы просто закрываем и забываем про бизнес в Европе.

Пускай продают, пускай воруют, но пускай продвигают бренд. Пускай делают наш продукт известным. Потом когда-нибудь, когда у нас будут силы, ресурсы и прочее, мы их всех почистим». Почистили. Это был такой первый примитивный… Я вообще делю наше развитие мировое, нашу экспансию, на 3 этапа. Первый – это такой примитивный, детский, робкий период, когда нам очень хотелось, но мы не знали, как, и сил не было, и ничего было не известно, и кучу ошибок совершали, мелких, в основном, но совершали и много правильных действий. Открытие офиса в Англии, т.е. создавать офисы – это правильно, потому что это опыт: ты там шишек набьешь кучу, денег потеряешь массу, времени убьешь массу, но ты заработаешь опыт, который тебе, ну просто без него дальше нельзя. Раз. Два – участие в выставках. Индустриальные выставки – обязательно. Мы на CeBit то ли с 1996, то ли с 1997 года, каждый год у нас там стенд, и в результате мы в Германии сейчас в коробках номер один. А второй этап у нас – пассивный, когда мы сами ничего не делали, мы просто ждали, партнеры к нам приходили «на запах», слетались, и мы их отрабатывали, пришли – спасибо. И третий этап, который у нас завершился в позапрошлом – прошлом году, – это активная экспансия по всему миру.

В результате мы покрыли партнерской сетью, а местами ее сильно up-grade-или, по всему миру от Чили до Новой Зеландии, покрытие полностью: офисы, представительства, партнерские сети, все-все, везде все схвачено. Вот такие 3 этапа. В результате я в Москве провожу времени очень немного, потому что компания глобальная, и мне приходится быть везде. Одна из причин, по которой я занимаюсь и мне очень нравится заниматься, это международная экспансия, и развивать бизнес везде – посмотреть мир. Причем посмотреть мир не потому, что тебе захотелось, а потому что «Женя, бизнес-план такой, надо лететь, надо ехать». Т.е. не потому что хочу, потому что даже если я хочу – то через год, а когда надо и надо прямо сейчас, то уже выбора нет – сел и поехал. Я хочу дать небольшую рекламу своего ресурса forum.kasperskyclub.ru. Я из каждого путешествия, стараюсь раз в день, типа блога: рассказы, фотографии, где было вкусно, что посмотреть, на чем покататься и вообще, что происходит в мире.

Олег Тиньков:

А можно спросить, а кто мировой-то лидер? Вот вы сказали «компанией номер один стать». Хочется понять классификацию.

Евгений Касперский:

Мы номер 4 сейчас.

Олег Тиньков:

А номер один кто?

Евгений Касперский:

Symantec, номер 2 - McAfee, номер 3 - Micro, номер 4 – мы.

Олег Тиньков:

А Eset– это кто?

Евгений Касперский:

Это словаки, они где-то там.

Олег Тиньков:

С роботом которые. Я почему знаю, с Хитроу когда прилетаешь, все обвешено этими роботами, Eset написано.

Евгений Касперский:

Вот Eset – это глупость, я считаю.

Олег Тиньков:

Но я их знаю.

Олег Анисимов:

А Eset на каком месте?

Евгений Касперский:

Ой, где-то очень глубоко. Навскидку пытаюсь перечислить: мы – номер 4, дальше пойдут Sophos, F-Secure, Panda, Computer Associates, наверное Rising, KingSoft, китайцы, скажем так: они может быть даже не в десятке. Я не хочу заниматься рекламой, антирекламой.

Олег Тиньков:

А как вам догнать Symantec? Что для этого нужно сделать? Они для юрлиц больше работают, вам нужно для юрлиц начать, я правильно понимаю?

Евгений Касперский:

Да, конечно, мы с большим удовольствием работаем с ними, но корпоративный сегмент гораздо более консервативный, т.е. туда требуется гораздо больше времени, чтобы туда выйти, и для того чтобы стать номером один.

Олег Тиньков:

У вас есть soft для корпоративных?

Евгений Касперский:

Конечно.

Олег Тиньков:

Давайте бартер с нашим банком сделаем. У нас Symantec стоит.

Евгений Касперский:

Я очень люблю бартеры с банками, потому что мы им поставляем антивирус, а они нам поставляют деньги. На самом деле у нас совсем недавно, буквально 2–3 недели назад был контракт серьезный с одним из немецких банков. Причем это был знаковый контракт, потому что немецкая банковская система нас не просто увидела, а они сделали достаточно большой, я не могу говорить ни о размере контракта, ни название банка. Немецкие железные дороги – наш клиент целиком и полностью, это то, что я могу называть. Министерство образования Малайзии – 400 тысяч машин.

Олег Тиньков:

Т.е. ваш рост и этот всеми желанный миллиард долларов продаж – это как раз в сторону корпоративных клиентов.

Евгений Касперский:

Мы растем по 30–40% в год в условиях кризиса. А без кризиса мы росли 70–90%.

Олег Тиньков:

А вчера в прессе написали, что вы отказались проводить частное размещение, это что за тема?

Евгений Касперский:

Ну зачем? Это невыгодно. Сейчас не время продавать дешево.

Олег Тиньков:

Baring Vostok предлагал небось?

Евгений Касперский:

Я не скажу кто, без комментариев!

Олег Тиньков:

Они любят такие сферы.

Олег Анисимов:

В полмиллиарда оценили компанию?

Евгений Касперский:

Оценили ее в разы выше, но все равно я считаю, что оценка была занижена.

Олег Тиньков:

В нашей передаче есть рубрика традиционная, гость обращается в камеру, где красная лампочка горит, к начинающему предпринимателю и что-то ему советует, как он сделал свой бизнес, и вообще его подталкивает, поддает ему хороший пинок.

Олег Анисимов:

Парню, который родился и живет в Новороссийске.

Олег Тиньков:

Но в данном случае, мне кажется, это очень важно, просто нашу передачу смотрит огромное количество, и большой процент как раз программистов, аналитиков, т.е. компьютерных людей

Евгений Касперский:

Я все понял.

Олег Тиньков:

Ты для них герой, ты для них звезда, потому что вот они все думают: «А мы тоже хотим международного признания, мы тоже хотим стать предпринимателями». Они вот сейчас сидят у компьютера и думают. Расскажи им, как.

Евгений Касперский:

Если говорить серьезно, что можно посоветовать: не бойтесь совершать ошибки, не бойтесь экспериментировать, не бойтесь много работать. Возможно, у вас ничего не получится, возможно обстоятельства будут сильнее вас, но потом, если вы не станете пробовать, вам будет горько и обидно за то, что вы не попробовали. Потому что если вы попробуете, у вас есть 2 варианта: либо получится, либо нет. А если вы ничего не будете делать, то вариант только один. Так что не бойтесь. Делайте! Пробуйте! Работайте! Учитесь! Ищите правильных людей, которые будут вам помогать. И еще раз работайте. А если говорить не вполне серьезно, немножко другим языком...

Олег Тиньков:

Пожалуйста, может, для кого-то это доходчивей будет.

Евгений Касперский:

Моя теория правильного поведения, я ее называю «кролик под елкой». Есть 2 варианта поведения: первый – это сидеть под елкой кролику или быстро бегать. Так вот, если ты сидишь под елкой, у тебя есть только один вариант, тебя кто-нибудь найдет и трахнет. Если же ты бегаешь быстро, у тебя есть 2 варианта: либо тебя кто-то догонит более быстрый и трахнет, либо ты найдешь того, кто сидит под елкой. Вот секреты бизнеса от Евгения Касперского.

Олег Тиньков:

Спасибо! Молодец!

Комментарии (10)




Другие выпуски "Бизнес-секретов"

Если
нужны деньги.
Кредитная карта
«Тинькофф Платинум»
Если деньги
нужно приумножить.
Вклады и счета
?? ? Google+