Водка - это богоугодный товар

Просмотров: 10128

Как можно вырасти из маленького предпринимателя в короля алкогольной продукции России? Будут ли вводить монополию на спирт? Какую воду используют производители в производстве водки? На эти и другие вопросы отвечает Александр Мечетин – основатель компании "Синергия".

Текстовая версия передачи

Как можно вырасти из маленького предпринимателя в короля алкогольной продукции России? Будут ли вводить монополию на спирт? Какую воду используют производители в производстве водки? На эти и другие вопросы отвечает Александр Мечетин – основатель компании "Синергия".

Олег Анисимов, вице-президент ТКС-банка:

Здравствуйте, любители выпить и трезвенники-язвенники! Перед нами Александр Мечетин, главный акционер компании «Синергия», которая производит много разной водки, такой как «Белуга», «Беленькая», «Мягков», «Русский лед» и другие бренды. Александр, мы тебя рады здесь приветствовать, я надеюсь, ты нам сегодня расскажешь, как можно из маленького предпринимателя на Дальнем Востоке вырасти в, так сказать, «алкогольного короля» России.

Олег Тиньков, бизнесмен:

Сразу можно рассказать свою автобиографию, где ты родился, где учился, если можно, не все знают.

Александр Мечетин, основатель «Синергии»:

Автобиография достаточно простая. Родился я в городе Находка в Приморском крае. Родился в 1975 году, т.е. школьные годы как раз перестроечные. В институте учился во Владивостоке, тоже город портовый, приморский, хороший, своеобразный, просторный, сопки.

Олег Тиньков:

В ДВГУ?

Александр Мечетин:

Я учился в техническом университете, экономику заканчивал и параллельно в ДВГУ на юриспруденции. Параллельно, естественно, как все, где-то подрабатывал, занимался каким-то мини-бизнесом. Всегда стремился быть предпринимателем. Начинал с того, что в школе мыл машины, затем покупал ваучеры, продавал ваучеры, уже будучи в институте, т.е. всегда какая-то жилка присутствовала, она двигала всеми моими последующими действиями. После окончания института уже занялся сначала торговыми какими-то операциями, это как раз кризис был, очень дешево стоили активы, начали приобретать с товарищами на заемные деньги активы в пищевой промышленности. Купили мясокомбинат, молокозавод, потом купили второй молокозавод, потом цементный завод.

Олег Тиньков:

Вы наверное с Дымовым там конкурировали, у него же тоже там свой мясокомбинат.

Александр Мечетин:

Да, у него там тоже мясокомбинат. Как все, наверное, предприниматели хотят иметь немного магазинов, были какие-то магазины. Т.е. занимались в общем-то всем. Построили достаточно крупную региональную компанию. Потом на каком-то этапе решили, что надо на чем-то сконцентрироваться, и решили сконцентрироваться как раз на алкоголе. Выбор, наверное, был правильный, в то время уже отрасль была, 7–8 лет назад, не консолидирована, разбита, в том смысле, что каждый из игроков имел очень маленькую долю, и при этом обладала высокой доходностью, привлекательностью, устойчивым спросом, кризисоустойчивостью. Поэтому мы начали фокусироваться на алкоголе, потихонечку покупать заводы, бренды, развивать дистрибьюцию. И вот, за 7 лет, достигли определенного успеха в этой области.

Олег Анисимов:

Какой сейчас номер в России «Синергия»?

Александр Мечетин:

Мы на сегодняшний день производим, в прошлом году произвели, продали более 10 миллионов декалитров водки, преимущественно крепкого алкоголя, водки, – это 200 миллионов бутылок. Чуть меньше 10% – доля рынка, и по этому объему мы уступаем только «Русскому алкоголю».

Олег Тиньков:

Я родился и вырос в Кемеровской области, в Ленинске-Кузнецком, поэтому понятно, что «Мариинский ликеро-водочный завод» – это первый алкоголь, который я в себя вливал в возрасте 16 или 17 лет. Это было произведено на «Мариинском ликеро-водочном заводе». Поэтому я сейчас сделаю рекламу для 50 тысяч зрителей: я пью только «Белугу», но не потому, что Александр из «Синергии», а потому что «Мариинский ликеро-водочный завод», потому что это моя родина, я когда читаю: Кемеровская область, Мариинск! И у меня сейчас дома в морозильнике всегда, вот Олег ко мне иногда приходит, 3–4 «Белуги» лежит. Пью только «Белугу», исключительно везде: и в том году я свадьбу справлял на Байкале, привез туда много-много бутылок «Белуги».

Александр Мечетин:

Мы заметили, резкий рост объема продаж, всплеск!

Олег Тиньков:

Да, мы там 7 дней гуляли! Этот бренд, тебе, наверное, будет интересно узнать, ты никогда про это не знал, я хотел купить, и я вел переговоры с этим парнем, он из Томска, дизайнер.

Александр Мечетин:

Да, он мне говорил.

Олег Тиньков:

Я его не купил по двум причинам: во-первых, мы по цене с этим томским дизайнером не сошлись, а во-вторых, не знаю, как вы сейчас вопросы решаете, он на международном уровне принадлежал «Перно Рикар» и нельзя было производить «Белугу» за границей. А я в слове «Белуга» видел только экспортный потенциал. Вот как вы эту тему разрешили?

Александр Мечетин:

Не «Перно Рикар», он принадлежал различным компаниям по всему миру, т.е. в каждой стране…

Олег Тиньков:

Но «Перно Рикар», на его основе…

Александр Мечетин:

Нет, он был «Мари Близар».

Олег Тиньков:

«Мари Близар», все правильно, извини. Потому что когда мы проверили с юристами, я по сути отказался, потому что «Белуга» – это экспортный потенциал. Сейчас, я вижу, вы начали продавать за границей. А как вы разрешили вот это?

Александр Мечетин:

Мы во всем мире купили имя, у различных компаний отдельно: купили на Украине, купили в США, купили в Германии, во Франции. Где могли зарегистрировать отдельные страны – зарегистрировали. Нам этот бренд принадлежит по всему миру на сегодняшний день.

Олег Тиньков:

А разливаете «Белугу» только в Мариинске.

Александр Мечетин:

Да, только в Мариинске, и основная идея здесь следующая: у нас 7 заводов, нам, конечно, выгоднее разливать на различных заводах. Т.е. у нас завод в Москве производит все бренды: он разливает «Мягков», он разливает «Беленькую», он разливает «Русский лед». То же самое на Дальнем Востоке – мы не везем «Беленькую» из Москвы на Дальний Восток, мы разливаем там. Но в Сибири, на Мариинском заводе, что касается «Белуги», мы льем «Белугу» только там, не льем даже в Москве, хотя логистически, конечно удобнее было бы лить в Москве, особенно исходя из экспортной программы. Т.е. тяжело экспортировать из Мариинска, там с таможней определенные проблемы возникают.

Но это связано с водой. Мы в «Белуге» используем, во-первых, солодовый спирт – это все-таки спирт значительно более высокого качества, чем обычные спирты, он несколько дороже, производится без ферментов, которые ускоряют сбраживание, чем балуются все практически спиртовые заводы. Т.е. для «Белуги» мы выбираем специальный спирт и используем воду артезианскую, у нас там своя вода. Открою, наверное, небольшой секрет: в основном все производители водки используют воду из водопровода, т.е. стоят очистители, понятно.

Олег Тиньков:

Как и производители пива, кстати.

Александр Мечетин:

Так вот для «Белуги» мы используем артезианскую воду с очень слабым очищением, т.е. очищаем, безусловно, от каких-то грубых примесей, но стараемся все соли натуральные минеральные, чтобы они оставались.

Олег Тиньков:

Соль сибирской земли...

Александр Мечетин:

Да, чтобы она оставалась – это дает вот эту мягкость, послевкусие, и солодовый спирт дает отсутствие похмельного синдрома.

Олег Тиньков:

Как экспортная программа «Белуги»? Как «Белуга» на экспорт идет?

Александр Мечетин:

Очень хорошо, очень довольны. В прошлый год – удвоение объемов, этот год тоже планируем удвоение объемов. Мы фокусируемся на суперпремиальном сегменте, это, если говорить о Европе, где-то около 40 евро за бутылку 0,7, если говорить о США – это порядка 35 долларов за бутылку, как раз исходя из того, что можно продавать разную водку. Можно продавать дешевую водку, в Германии много дешевой водки пьют, но это не будет давать ни маржи, а с учетом длинной цепочки логистической, нескольких middlemen, которые стоят и каждый хочет иметь свою маржу, это приведет к тому, что этот бизнес будет малорентабельным. Все-таки мы фокусируемся на том, что мы должны генерировать прибыль во всех своих операциях, поэтому мы вне России сконцентрированы на продаже как раз «Белуги». Продукт очень достойный, я думаю, что это один из немногих продуктов, которые на сегодняшний день попадают в понятие luxury, и с которым не стыдно позиционировать себя перед всем миром.

Олег Анисимов:

А сколько сейчас стоит компания на бирже?

Александр Мечетин:

На бирже market cap где-то 500 миллионов долларов.

Олег Анисимов:

Market cap – это market capitalization, рыночная капитализация. 500 миллионов долларов. А максимум был миллиард?

Александр Мечетин:

Да.

Олег Анисимов:

Т.е. в 2 раза компания подешевела за 3 года?

Александр Мечетин:

Да, но это связано с тем, что мы все-таки компания c риском рубля, мы же продаем нашу продукцию в рублях.

Олег Тиньков:

А вы в Лондоне разместились?

Александр Мечетин:

Нет, у нас RTS и MSX. Поэтому это естественно, что компания должна стоить дешевле, вопрос на сколько, при девальвации рубля. У нас же выручка в рублях, прибыль в рублях, поэтому в пересчете на доллары, в любом случае, мы потеряли после девальвации. Т.е. у нас все-таки падение акций было связано серьезно с девальвацией рубля и ситуацией на рынке.

Олег Тиньков:

А какой процент акций у тебя в компании? У вас же все равно IPO сделали, у вас же вес открыто.

Александр Мечетин:

У нас открыто, да, у меня около 40%.

Олег Тиньков:

Это самый крупный пакет?

Александр Мечетин:

Да.

Олег Тиньков:

А на Free-float как вы торгуете?

Александр Мечетин:

Free-float торгуется на сегодняшний день около 30%. И остаток отдается менеджменту, потому что у нас блок: мой, менеджмента, блок крупных миноритарных акционеров и Free-float.

Олег Тиньков:

Хорошая тема. Вы недавно SPO еще сделали повторно, это было связано с чем?

Александр Мечетин:

Мы привлекли средства, понимая, что ситуация уже очень хорошая.

Олег Тиньков:

Для поглощения?

Александр Мечетин:

И для поглощения, и для активного развития. Стоимость долга была очень высокая в прошлом году, она зашкаливала, ты знаешь. Поэтому мы подснизили долг, частично используя средства для более агрессивного движения на рынке.

Олег Анисимов:

Александр, вот Олег перед программой сказал, что сейчас банки стоят в очереди, желая выдавать деньги. Под какой процент готовы давать?

Александр Мечетин:

Я думаю, что сейчас ставки для компании нашего уровня находятся от 10 до 12 процентов.

Олег Анисимов:

Это уже можно жить.

Олег Тиньков:

В рублях?

Александр Мечетин:

Да.

Олег Тиньков:

Отлично.

Александр Мечетин:

Поэтому ситуация, конечно, мы видим насколько она динамичная: от всеобщего благоденствия мы переходим к всеобщей панике, к отсутствию ликвидности, и опять возвращаемся к благоденствию.

Олег Анисимов:

Т.е. кризис кончился.

Александр Мечетин:

В ликеро-водочной промышленности, я думаю, кончился.

Олег Анисимов:

А в кризис люди водки стали меньше пить или больше? Я посмотрел статистику – меньше, увидел.

Александр Мечетин:

Это интересно. В кризис водки стали пить не меньше, но меньше стали покупать легальной водки. Т.е. одна из серьезных проблем на рынке – это проблема, связанная с существованием нелегального рынка, или, так скажем, рынка водки, с которой не оплачен акциз. Т.е. если говорить о водке среднего ценового сегмента, то примерно 50% всей стоимости идет напрямую государству, т.е. мы с каждой бутылки, которую мы производим, раз в месяц платим 50 рублей с бутылки государству. Итого мы в год платим порядка 300–350 миллионов долларов государству на ежемесячной основе, потому что главным бенефициаром компании является государство.

Олег Тиньков:

А сейчас же минимальную наценку на водку сделали. Это помогает?

Александр Мечетин:

Сейчас сделали минимальную наценку, но сейчас пока рано делать выводы, потому что она начала работать только с 1 января. Думаю, что к середине года можно будет окончательно понять.

Олег Анисимов:

А вообще тенденция потребления алкоголя какая в России? Пить меньше стали или правильнее, или больше?

Александр Мечетин:

Мы видели очень агрессивный рост пива последние 10 лет, сейчас он замедлился, и даже, может быть, откатилось потребление пива назад. Отчасти это было связано, конечно, и с зеленой дорогой, которую открыли для пива, – это более низкий акциз в пересчете на литр спирта, отчасти с изменением потребительских предпочтений, со снижением возрастного уровня потребления. Т.е. все-таки 20 лет назад в 16–17 лет люди еще не пили, потому что купить водку было тяжеловато, а сейчас дети пьют пиво, подростки пьют пиво, это очень плохо. Поэтому есть определенная тенденция. Я думаю, что те решения, которые были приняты по повышению акцизов для пивных компаний, по менее агрессивному повышению для водочников, это в целом решение правильное. А так, стратегически, я думаю, люди в России будут пить меньше крепкого алкоголя, водки в частности, и это нормально. Т.е. водка должна стоить дороже, ее должны пить меньше.

Олег Анисимов:

Да, удивительно, водка стоит 70 рублей за бутылку, куда еще дешевле? Покупать нелегальную водку, зачем? Если у нас легальная стоит 70?

Александр Мечетин:

Нет, легальная стоит 89, это очень дешево, конечно.

Олег Анисимов:

Потому что если смотреть советские времена, водка стоила, грубо говоря, 5% зарплаты среднего человека, сейчас получается гораздо меньше.

Олег Тиньков:

А монополию у нас на спирт будет вводить государство?

Александр Мечетин:

Монополию на спирт, думаю, что не будут, и это, наверное, не нужно, потому что у государства достаточно административных рычагов, чтобы решать проблему нелегального алкоголя, и приобретение спиртовых заводов – это не лучший путь и не самый эффективный. Государство должно быть эффективным регулятором. Быть участником взаимоотношений? Зачем, ради чего?

Олег Тиньков:

У меня есть ощущение, что еще далеко до полной консолидации, Россия огромная, водки потребляется огромное количество. Еще же будет консолидация рынка?

Александр Мечетин:

Она еще только начинается.

Олег Тиньков:

Потому что если посмотреть на пивные компании, пиво контролируют сегодня 4–5 компаний всего. А водки 200–300 компаний, т.е. еще будет это?

Александр Мечетин:

Водки топ 10 компаний контролируют около 50% рынка, оставшиеся 50% контролируют 100 компаний, т.е. диверсификация гигантская.

Олег Тиньков:

Т.е. все еще все будет слопываться?

Александр Мечетин:

Да, это все еще впереди. Следующие 3–5 лет, я думаю, это будет активная консолидация рынка.

Олег Тиньков:

Вернемся теперь, как ты начинал предпринимательство. Потому что передача у нас производится при содействии министерства по предпринимательству союза СССР и мы предпринимательство пропагандируем. Какие у тебя были мотивы и так далее? Почему ты не решил просто обучаться и быть наемным инженером, а решил сам свое дело? Потому что предпринимательство – это риск. Почему ты пошел именно в эту стезю, в рискованную, в непонятную? Тем более годы, которые ты назвал, и край, в котором ты вырос, у нас много оттуда общих знакомых, там были такие мутные времена, бандитские и т.д.

Александр Мечетин:

Беспокойность натуры наверное. Мне кажется, предпринимательство – это не профессия, это характер, это нечто, что движет человеком. Т.е. если человек действительно предприниматель, он не может быть никем другим, он может организовывать это предпринимательство в других сферах, но он все равно останется предпринимателем: он будет что-то делать, он будет брать этот риск на себя, он будет вести, он будет лидером. Вот это, наверное, ключевые характеристики предпринимателя, т.е. предпринимательство – не всегда бизнес. Но предпринимателем нельзя быть, выбрав какую-то специальность, т.е. либо человек предприниматель, либо нет. Поэтому, наверное, генетически было что-то заложено, что-то там сдвинуто, мне всегда вот этого хотелось, хотелось брать риск на себя, поэтому нашел форму, каким образом можно самореализовываться, видеть результаты своего собственного труда.

Олег Анисимов:

Т.е. это получается потребность брать риск?

Александр Мечетин:

Потребность брать риск и потребность видеть результаты своей деятельности.

Олег Тиньков:

А учитывая то, что это Владивосток, середина 1990-х и водка, как ты с бандитами решал вопросы?

Александр Мечетин:

Ну я бы сказал, что водка на самом деле, как ни странно, – это не очень криминализированная область была и остается. Это все-таки область, зачастую, интересов региональной элиты: каждый губернатор хочет иметь хороший завод, который платит налоги, который производит хорошую продукцию. Ну какие-то вопросы, конечно, в жизни возникают, приходилось общаться с различного рода людьми.

Олег Тиньков:

Т.е. ты смелый получается?

Александр Мечетин:

Если человек хочет что-то делать, его не останавливает ничего, он хочет, просто делает и всегда находит путь, чтобы это реализовать, вот и все.

Олег Тиньков:

Извини, я перебью, это просто шок. Может, твоего пиар-директора, конечно, шокируют эти вопросы, но, я смотрю, ты интеллигентный человек, очень вдумчивый, более интеллигентный, чем я, и более образованный. Как ты решал, жил среди этих гремучих змей, хочется понять?

Александр Мечетин:

Если человек хочет что-то делать, он всегда это сделает, если человек боится чего-то, то его всегда что-нибудь напугает. Как говорил Остап Бендер, было время, когда и меня можно было напугать простой фомкой в переулке.

Олег Тиньков:

Т.е. ты смелый человек, т.е. предприниматель должен быть еще смелым.

Александр Мечетин:

Да, предприниматель обязан быть смелым.

Олег Тиньков:

Значит, у тебя какой-то мотив был, может, в девушку влюбился, в жену свою будущую, пытался ей что-то доказать. Или как?

Александр Мечетин:

Не знаю, мне кажется, у всех предпринимателей это где-то глубоко, это какое-то самолюбие, т.е. человек хочет что-то доказать, что-то сделать, сказать: «Я лучше, я могу». Т.е. лидерство всегда связано с этим. Как каждого чемпиона по боксу всегда били в детстве, и он становится чемпионом по боксу. Потому что если мы посмотрим 90% чемпионов по боксу – их обижали одноклассники, поэтому они становились чемпионами по боксу. Так же и здесь, наверное. Может еще тот факт, что было время резких переходов, т.е. ряд людей был достаточно богат, или казалось, что они богаты, ряд людей был абсолютно нищим, поэтому нужно было решать, где ты находишься: ты хочешь быть в этом классе или ты хочешь стараться что-то сделать, можешь взять риск на себя, но жить будешь гораздо лучше. Это было время контрастов, конечно.

Олег Анисимов:

А как нашли инвесторов на IPO? Все-таки многие инвесторы говорят: «Мы не будем вкладывать в торговлю оружием, в водку, еще некоторые сферы».

Александр Мечетин:

Есть, безусловно, определенные ограничения у ряда фондов, но это небольшое количество фондов. По большому счету, водка – это богоугодный товар.

Олег Тиньков:

Богоугодный товар! Все! Водка – богоугодный товар. Название передачи есть!

Олег Тиньков:

А сейчас что ты наблюдаешь, ты видишь какой-то всплеск предпринимательской активности или, наоборот, застой, что ты можешь сказать про нынешнюю нашу молодежь?

Александр Мечетин:

В целом я думаю, что это скорее застой. Т.е. в стране все-таки нет идеологии предпринимательства, нет идеологии рынка, а если нет идеологии, то все остальное будет следствием, т.е. нельзя создать инновационную атмосферу, нельзя создать атмосферу модернизации или перехода из одного состояния в другое без четкой, ясной идеологии, либеральной идеологии по отношению к предпринимательству.

Олег Тиньков:

А чего не хватает? Как эту идеологию создать, ты считаешь? Есть идеи на этот счет?

Александр Мечетин:

Да мне кажется, здесь не нужно ничего придумывать. У меня очень простая идея, она связана с тем, что Россия должна стать новыми США, только для СНГ, т.е. это единственный шанс, на мой взгляд, для России. В долгосрочном развитии: это либеральная политика, это демократия, это дух предпринимательства, и тогда у нас есть шанс собирать эти лучшие мозги, которые не доедут до США, будем собирать все сами.

Олег Тиньков:

Т.е. центр притяжения.

Александр Мечетин:

Да, потому что в любом случае будет идти очень жесткая конкуренция за мозги, за лучших людей. Мир очень сильно глобализировался, люди переезжают из одной страны в другую, информация проходит за секунды, т.е. мир уже другой, чем 30 лет назад. Т.е. нельзя пытаться транслировать предыдущие идеи в будущее. Если страна встанет на эти рельсы, то будет модернизация уже как следствие, модернизация не как цель, а как следствие идеологии. Вот основной вопрос повестки дня, как мне кажется.

Олег Анисимов:

Сейчас у нас либерализма не хватает в стране?

Александр Мечетин:

Мне кажется, что есть потребность и у общества, и есть дефицит в нем, безусловно.

Олег Анисимов:

13% налог на доходы физических лиц, мне кажется, это ультралиберально.

Александр Мечетин:

Это же мы говорим о фискальной политике, либерализм не связан с фискальной политикой. Более того, если возьмем США – это крайне нелиберальная фискальная политика. Но мы говорим же «либерализм» по отношению к предпринимательской инициативе, по отношению к возможности человека что-то делать в общественной среде, в бизнесе, самореализовываться. Т.е. государство должно обслуживать человека, но общество должно доминировать над человеком, а не наоборот.

Олег Анисимов:

А это не миф, что нет либерализма? Потому что люди просто боятся идти делать бизнес, потому что считают, что их задушат.

Александр Мечетин:

Отчасти это миф. Конечно, можно делать бизнес в любых условиях, были люди и в советское время, несмотря на возможность расстрела или получить 15 лет. Но мы же говорим все-таки о создании условий для того, чтобы предпринимательство стало нормой, чтобы были герои-предприниматели, чтобы люди хотели стать предпринимателями. Не так много, но эти примеры есть, я иногда привожу в пример компанию «Магнит», очень уважаемую.

Олег Тиньков:

Он был у нас в гостях здесь.

Александр Мечетин:

Да. Почему мы из Галицкого не делаем национального героя?

Олег Тиньков:

А мы делаем!

Александр Мечетин:

Мы делаем, а государство не делает. А человек построил с нуля компанию, привлек массу инвестиций в страну, обеспечивает потребителей дешевыми продуктами. При этом чем лучше он будет жить, тем будет лучше для всех, мы будем показывать его в пример и говорить: «Делайте так, и вы будете прекрасно жить». У человека должно быть все. И государство должно его максимально защищать и пропагандировать такие виды примеров. Вот есть же такие примеры, но они не становятся национальными героями, потому что нет идеологии предпринимательства. Люди не хотят быть предпринимателями, они хотят быть чиновниками, они хотят ездить с мигалками, в этом серьезная проблема.

Олег Тиньков:

Я, честно говоря, не понимаю, почему центральные каналы все-таки, то, что нас не приглашают, я понимаю, но хотя бы почему они не делают этого и идеологию предпринимательства не развивают и не рекламируют. Я не понимаю, им же лучше было бы. Зачем насаждается вот это вот, что предприниматель – это чуть ли не изгой, у нас и так общество далеко от этого не ушло. Я до сих пор, в блоге если от себя на кого-то напишу, типа «пошел на…», то отвечают сразу все «как ты, козел, миллионщик». Если напишет Вася «пошел на …», то на это никто не ответит, потому что что там… И сразу все говно полезло: «Посадить, расстрелять всех, за Ходорковским отправить, за Чичваркиным отправить». Т.е. общество совершенно не готово еще толерантно воспринимать предпринимателей, и в этом направлении государство ничего не делает, и мне кажется, они сами себе роют могилу. Их надо наоборот героями делать: Галицкий, Касперский и т.д.

Олег Анисимов:

Собственно говоря, доходы государства идут от предпринимательства, потому что это корпоративные налоги и личные налоги. А личные налоги, опять же, идут из доходов, которые люди получают от предпринимателей.

Олег Тиньков:

Они, наверное, считают, что доходы идут от «Газпрома».

Олег Анисимов:

Ну, отчасти да.

Александр Мечетин:

В данном случае, кто создает стоимость? Стоимость создает интеллект, и интеллект – это опять же инновации, это предпринимательство.

Олег Тиньков:

Хотя позитивный тренд есть, если послушать нашего президента, последние речи, он постоянно про мотивацию, про модернизацию, Сколково, т.е. чего-то куда-то мы двигаться начинаем, но хотелось бы большего.

Олег Анисимов:

Саш, а кроме водочного бизнеса у тебя еще есть что-то для души?

Александр Мечетин:

Для души у меня водочный бизнес. У нас есть в компании также направление, связанное с производством сельхозпродуктов, продуктов питания, мы растениеводы, обрабатываем землю. Бизнес непростой, производим мясо птицы, два молочных завода у нас, т.е. есть такое еще направление, связанное с производством продуктов питания.

Олег Анисимов:

А кроме «Синергии» другой бизнес есть, отдельно?

Александр Мечетин:

Нет, я сфокусирован на этом, мне хватает проблем.

Олег Анисимов:

Корректное поведение с точки зрения акционера и топ-менеджера главного. Кстати, как совмещение этих двух позиций: главного акционера и главного топ-менеджера, насколько это адекватно?

Александр Мечетин:

Я думаю, что на этом этапе развития компании это адекватно, потому что слишком динамичная обстановка, мы видим, и макроэкономическая, и компания еще сфокусирована на росте. Наша задача – расти в ближайшие годы. На каком-то этапе, наверное, все-таки лучшей структурой является CEO, который подотчетен совету директоров и смотивированный на результат, безусловно, через опционные программы, но не являющийся основным акционером.

Олег Тиньков:

А сколько человек сейчас работает в компании всего?

Александр Мечетин:

7,5 тысячи.

Олег Тиньков:

Много. Александр создал 7,5 тысячи рабочих мест, понятно вам? Вот это настоящий предприниматель.

Александр Мечетин:

Спасибо.

Олег Тиньков:

А семья какое место в твоей жизни занимает?

Александр Мечетин:

Много, потому что у меня уже 4 дочки.

Олег Тиньков:

Все рекордсмены. Предыдущий наш герой – у него было тоже четверо детей, я все гордился, что у меня трое, надо четвертого.

Олег Анисимов:

Это поэтому ты не покидаешь менеджерскую позицию? Чтобы чаще бывать дома? Кстати, главный акционер, он же хочет расслабиться уже, столько лет работал.

Олег Тиньков:

«Белуги» выпил и расслабился.

Олег Анисимов:

Должность председателя правления или генерального директора вообще не позволяет расслабиться, т.е. ты трудоголик получается, ты как бы не хочешь отдыхать.

Александр Мечетин:

Я думаю, надо еще немножечко поработать.

Олег Анисимов:

Сколько?

Александр Мечетин:

Пару-тройку лет. Нужно компанию вывести на новый этап развития, а потом, может быть, можно взять отпуск.

Олег Тиньков:

Александр, у нас традиционная рубрика. Обращаясь в камеру, если ты смотрел нашу передачу на Russia.ru, ты видел, что какое-то наставление говорят, или что бы ты хотел сказать молодым предпринимателям, возможно, из города Находки, вот ребята сейчас смотрят, я уверен, что хотя бы 50 тысяч все равно посмотрят с Находки.

Олег Анисимов:

А я уверен, человек 50.

Олег Тиньков:

Может даже 50, вот скажи, что, ты считаешь, ему сейчас нужно сделать. Вдруг ему сейчас 19 лет, и он думает, чем бы мне заняться.

Александр Мечетин:

Я думаю, что если человек чувствует, что он предприниматель, он просто должен следовать своему пути, т.е. он должен знать, что это его дорога, он ее выбрал, он по ней идет. Жизнь проходит быстро, и он ее проживет таким образом, что ему не будет стыдно, и он поймет, что все, что мог, он сделал. Наверное, самое важное: жить и понимать, что все, что могу, я сделал, меня не останавливали ни страх, ни комплексы какие-то, ни внешние обстоятельства. Я всегда делал по максимуму для того, чтобы достигать цели. Когда-то ее достигал, когда-то нет, но мне себя укорить не в чем. Думаю, такой дружеский совет я бы хотел передать предпринимателям из Находки.

Олег Тиньков:

Спасибо тебе большое! И respect супруге за четырех дочек!

Комментарии (3)




Другие выпуски "Бизнес-секретов"

Если
нужны деньги.
Кредитная карта
«Тинькофф Платинум»
Если деньги
нужно приумножить.
Вклады и счета
?? ? Google+