Черников: в Интернете деньги - не главное

Просмотров: 14339

Сергей Черников считает, что сейчас человечество стоит на пороге золотого века, когда философия ведения бизнеса кардинально меняется. Теперь объектом продажи в Интернете становится не идея, а алгоритм.

Текстовая версия передачи

Олег Анисимов, главный редактор журнала ФИНАНС:

Здравствуйте, представители сырьевой экономики под названием Российская Федерация. У нас сегодня в гостях Сергей Черников, предприниматель, который сделал свой основной бизнес на химической промышленности, также у него есть нефтяная компания небольшая, риэлтерский бизнес и бизнес по производству упаковки из химических продуктов. Но самое интересное, что человек, обладающий такими большими ресурсами, пошел в такую малоденежную сферу, как Интернет. И вот я хочу спросить: "Сергей, почему ты взял и пошел в сферу, где деньги зарабатывают считанные единицы компаний"?

Сергей Черников, совладелец компании «Башкирская химия»:

Если говорить о человеческой жадности с одной стороны, то в принципе количество денег не определяет вообще счастья по сути. В определенный момент что-то происходит, наверное, внутри у каждого, когда он начинает задумываться, что количество денег… в мире всего настолько много, что оно все тебе, по сути, принадлежать не может. Конечно, этот мир сделали мужчины. Женское начало немножко другое. Мужчины продают силу, т.е. деньги, мускулы, все что угодно. Но у меня в последние 4 года, я не могу сказать, что я перестал этим интересоваться и заниматься. Меня и нефть интересует, сам процесс магии, которая там, так или иначе, присутствует. И химическая история, и все, что связано с приумножением богатства, меня, безусловно, интересует. Но, по моему глубокому убеждению, сейчас человечество находится на вот таком вот изломе, что называется входа в такой некий золотой век, когда меняются не просто принципы вообще ведения бизнеса, а меняется сама философия и идеология.

Олег Анисимов:

Постиндустриальная тема сейчас началась.

Сергей Черников:

Постиндустриальная тема там, где, по сути, прибавочную стоимость делает интеллект, это понятно. Но самое важное, что можно продать правильно – это алгоритм.

Олег Анисимов:

Т.е. не труд – капитал, а интеллект – капитал, да? Формула видоизменилась.

Сергей Черников:

Да, понимаете, алгоритм что такое? Говорить, что малоденежная тема, где? В Рунете, наверное, да. Но если мы говорим о Google, о Microsoft, то точно там у них лавандоса или, как у нас говорят, бабла поболее, чем у нефтяников.

Олег Тиньков, бизнесмен:

Баблос.

Сергей Черников:

Баблос.

Олег Тиньков:

Как сказал Пелевин, баблос.

Сергей Черников:

Да, баблос. Поэтому я вот понял абсолютно, что не количеством денег там надо побеждать. В Интернет-проектах невозможно победить деньгами. Возможно победить только алгоритмом, т.е. когда ты создаешь некий алгоритм, который понятен многим. Когда ты привлекаешь к себе внимание, когда это внимание становится многим интересно, то уже, по сути, по мультипликаторам конвертировать это в деньги, это вопрос техники. Мне эта сфера интересна из-за денег тоже, но она мне интересна больше, как раз вот на этом изломе времен, когда человечество как бы входит вот в это информационно-энергетическое поле, которое настолько меняет интеллект и менталитет людей, что этих людей становится все больше и больше. Они интегрируются в эту систему.

Олег Анисимов:

Вот сейчас Сергей запускает сайт или социальную сеть, или как это еще можно назвать, www.cheloveche.ru. Какие первые результаты образовались?

Сергей Черников:

У нас очень хорошие там показатели. Опять, понимаете, опять же, все-таки это такая немножко банальная, наверное, вещь. Она, скорей всего, будет успешной, потому что мы ее оттестировали на уровне…

Олег Анисимов:

Сейчас открыто уже?

Сергей Черников:

Да, туда можно зайти, зарегистрироваться, поиметь какой-то функционал, который там заложен. Но уже массово показывать его мы будем только тогда, когда у нас будет докручен весь функционал. Но я хочу еще раз подчеркнуть, что у нас таких вот проектов сейчас 14. Это первый, который докручивается. На следующий год там будут еще. Их просто несколько. Это такие красивые идеи, сами идеи. Но идеи, понимаете, это не алгоритм, все равно. Это вот то, что привлекает внимание, но это не алгоритм.

Олег Анисимов:

А полностью работающие проекты есть сейчас?

Сергей Черников:

В Интернете?

Олег Анисимов:

Да.

Сергей Черников:

В Интернете полноpаботающих проектов нет.

Олег Анисимов:

Т.е. все пока на стартапе?

Сергей Черников:

Это все на уровне стартапа, потому что мы, по сути, начали этим заниматься, т.е. я думал об этом года 2, наверное. Смотрел, как Рунет развивается, что там есть. И вот с января мы это дело запустили.

Олег Тиньков:

Слушая тебя, не понял, все-таки Интернет для тебя это некая развлекуха или это бизнес? Вот поясни, потому что, как я понял, это примерно, как для меня велоспорт или, как для вот Олега Жеребцова, нашего другого гостя, яхта, яхтенный спорт, для тебя это Интернет. Или все-таки это бизнес-проект?

Сергей Черников:

Для меня музыка – это удовольствие, а Интернет, я глубоко убежден, что это точно бизнес. Но невозможно заниматься бизнесом, не любя этого дела. Когда ты говоришь слово бизнес, оно немножко такое…, по-английски дело, но на русский лад отдает такой сухостью. Ну, типа, там, где ты бабло хочешь делать. Нет, все-таки, я считаю, что счастье – это точно не точка назначения, а способ путешествовать как бы. И деньги играют очень существенную роль в этом мире.

Олег Тиньков:

Правильно ли я понимаю, что, заработав серьезные деньги (я так думаю, что ты у нас первый олигарх на передаче, наконец-то, олигарха живого увидели) на нефтяном Баш… Извини, как правильно называется твоя компания?

Сергей Черников:

Башхим.

Олег Тиньков:

Башхим. Но на нефтяном и химическом бизнесе, заработав крупное состояние, как бы ты пришел к некому, опять же, у Пелевина есть хороший роман очень такой, он коротенький. Может, не знаю, если читал про татарского нефтяника.

Сергей Черников:

Да, читал.

Олег Тиньков:

Который там потом стал с Францией, оттуда Петрюс вывозить и т.д. Т.е. у тебя тоже как бы подобное произошло, есть деньги – и ты в Интернет. У меня вот какое-то такое впечатление складывается. Это так или я заблуждаюсь?

Сергей Черников:

Нет, это не так.

Олег Тиньков:

Или это рациональное решение?

Сергей Черников:

Это, наверное… Это рациональное решение однозначно. И если сложилось такое мнение, ну в принципе тоже, неплохо. Ну, пусть думают, что да.

Олег Тиньков:

Не то, чтоб сложилось, я вот с листа вот. Так слушаю.

Сергей Черников:

Понятно.

Олег Тиньков:

Что как бы увлекся, потому что материальный фактор не волнует тебя сейчас как бы зарабатывать. Поэтому попробуем.

Сергей Черников:

Я к деньгам отношусь очень…

Олег Тиньков:

Это больше, как творчество, некое.

Сергей Черников:

Нет.

Олег Тиньков:

Нет?

Сергей Черников:

Нет.

Олег Тиньков:

Т.е. ты считаешь, что все-таки нефть конечна при всей метафизике, что там существует, а это бесконечно, да? Интеллект.

Сергей Черников:

Интеллект точно бесконечен.

Олег Тиньков:

А нефть, точно, конечна.

Сергей Черников:

Прибавочная стоимость от интеллекта, точно, выше.

Олег Анисимов:

Тем более, что нефтяная компания еще убыточна у Сергея.

Сергей Черников:

Нет, она прибыльная.

Олег Тиньков:

Разве бывают нефтяные компании убыточные?

Сергей Черников:

У нас в России бывают.

Олег Анисимов:

Нет, операционная прибыль есть, но если все вложения прошлых лет сложить, они ж не отбиты еще?

Сергей Черников:

Они не отбиты.

Олег Тиньков:

Серьезно?

Сергей Черников:

Помимо там 80 миллионов, которые положил, еще надо примерно 120.

Олег Тиньков:

Давайте тогда разрушать мифы для наших зрителей, что, оказывается, бывают нефтяные компании убыточные. У нас считают, что если нефтяник, то все – деньги из ушей сыпятся. Минусовый нефтяник.

Сергей Черников:

Могу сказать так, не верьте тому, что нефтяники жируют.

Олег Анисимов:

Т.е. нефтяной бизнес очень тяжелый бизнес, да?

Олег Тиньков:

А почему? Серы много или что там у вас?

Сергей Черников:

Да нет, там все как бы нормально. Просто…

Олег Тиньков:

Труба далеко какая-нибудь? Какая проблема там?

Сергей Черников:

Да, и транспортная инфраструктура там. И вообще никакой инфраструктуры. Вот я хочу спросить, а вот ты знаешь вообще, что такое нефть и как она вообще залегает там? Вот мне интересно.

Олег Тиньков:

Ну, в моем понимании, это некий такой океан или, скорее, море, черное море, которое лежит на глубине, не знаю, 8-10 километров. И вот это море плещется. Но его нужно качать, оно не бьет фонтаном.

Сергей Черников:

Ну, т.е. шланг бросил в бочку там.

Олег Тиньков:

Не, его качать нужно.

Олег Анисимов:

Мне Сергей рассказывал просто историю. На самом деле нефть существует в твердом виде.

Сергей Черников:

Такой момент, что это тоже такая иллюзия, что есть некое ощущение, что есть какое-то озеро, подводная речка.

Олег Тиньков:

Даже море.

Сергей Черников:

Нет, ничего там нет вообще никаких этих самых. Это камень, лежащий там…

Олег Тиньков:

Как камень? Я видел, что она фонтаном бьет.

Сергей Черников:

Фонтан, но это такой камень, просто на доступном языке объясню, в котором есть вот эти углеводороды, которыми пропитан этот камень. И когда ты создаешь депрессию, т.е. если нефть, например, это пласт лежит на глубине 3 тысячи метров, а, как известно, 10 метров – это 1 атмосфера, соответственно вот там давление 300 атмосфер. Когда ты туда, в это дело все долото засадил, вскрыл этот пласт, она вот за счет энергии пласта, какая проницаемость у пласта, она там, на поверхности превращается в жидкость, по сути. Это не нефть сама, это жидкость, там есть вода, там есть куча всяких химических веществ. Потом эту нефть надо достать. Потом эту нефть надо освободить от воды, от газа, потому что там, где нефть, всегда есть газ.

Олег Тиньков:

Попутный.

Сергей Черников:

Ну, попутный, как угодно. Но это газ. Ты должен этот газ отделить, должен тяжелые вещи отделить. Целый завод, а если это болото, ты должен в болоте этот завод, по сути, построить. Потом ты должен ее отправить куда-то. Потом там, куда ты ее отправил, ее закачивают в самогонный аппарат, там ее начинают разгонять на всякие составляющие и т.д. И получают там какие-то… вообще все очень не просто, но с точки зрения геологии это, опять же говорю, мистический бизнес, потому что никогда ты не знаешь, она есть там или нет.

Олег Тиньков:

А родился ты где?

Сергей Черников:

Родился я в Башкирии в Стерлитамаке, там есть такой город.

Олег Тиньков:

Да, конечно. Живешь там же сейчас или в Москве?

Сергей Черников:

Я живу сейчас так уже…

Олег Тиньков:

У нас передача Бизнес-секреты называется с Олегом Тиньковым, так что ты можешь рассказывать.

Сергей Черников:

Секреты?

Олег Тиньков:

Где живешь.

Сергей Черников:

Я сейчас пока проживаю в Москве.

Олег Тиньков:

В чем ты приехал в Москву? Что тебе тут нравится, не нравится? Плюсы, минусы.

Сергей Черников:

Приехал я в Москву в 1993 году.

Олег Тиньков:

Так это давно уже.

Сергей Черников:

Достаточно давно.

Олег Тиньков:

Ты уже москвич тогда.

Сергей Черников:

Не, я не москвич. Мне вообще… честно говоря, я по Москве уже не скучаю. Я больше скучаю уже, наверное, по такой глубинке.

Олег Тиньков:

Ты, получается, так мотаешься, там пару недель, здесь месяц, как-то вот так, да?

Сергей Черников:

Да, в основном так. Уфа сейчас у меня, Север, Москва, потом, не знаю, Сахалин, потом Прибалтика, потом Швейцария, потом Канада, т.е. по-разному. Но большая часть в Москве, наверное, контрольный пакет в году в Москве нахожусь.

Олег Тиньков:

Самолет есть?

Сергей Черников:

Есть.

Олег Тиньков:

Это удобно тогда, а так не налетаешься.

Сергей Черников:

Я деньги считаю, поэтому я так летаю очень часто на рейсовых самолетах.

Олег Анисимов:

Сергей, а сколько у тебя денег, если ты посчитал, всего?

Олег Тиньков:

В журнале ФИНАНС, сколько они там насчитали?

Сергей Черников:

Посчитали неправильно.

Олег Тиньков:

Так скажи нам правильную цифру.

Олег Анисимов:

Скажи правильную.

Сергей Черников:

Слушай, да это нескромно. Но я скажу так, больше, чем написали.

Олег Анисимов:

Но мы консервативно подходим.

Сергей Черников:

Ну, это понятно.

Олег Тиньков:

А сколько написали, не помнишь?

Сергей Черников:

Там 2,3 миллиарда что-то такое написали.

Олег Анисимов:

Да, т.е. немного.

Олег Тиньков:

Ну, совсем так не надо людей опускать тоже.

Сергей Черников:

Нет, это на самом деле…

Олег Тиньков:

Издеваться-то не надо.

Сергей Черников:

Это на самом деле точно не важно. У меня здесь главное все в порядке. И в кошельке тоже нормально.

Олег Тиньков:

Понятно. Так все-таки ты считаешь, что Россия будет прирастать Сибирью или там, Башкирией или нет, весь интеллект уже давно в Москве? Просто интересно твое мнение на этот счет.

Сергей Черников:

Россия будет прирастать не каким-то конкретным местом, я думаю.

Олег Тиньков:

Ты ж говорил про интеллект, а интеллект это… Интернет он весь в Москве, в Питере.

Сергей Черников:

Вот я как раз об этом и думаю, т.е. чем дальше будет проникать оптиковолокно и доступность этого дела, тем больше мы будем видеть, как она расцветает там внутри. И, в общем-то, Москва это некий такой рубеж, когда человек с интеллектом уже состоявшийся, чаще всего, который сюда приезжает. Или он уже там, который состоялся, понимает, что у сына есть шансы. Я хочу сказать, что в Москве шансы есть, но они, наверное, такие же, как и в провинции, т.е. процент соотношения такой. Я думаю, тебе не надо объяснять, что тут достаточно жесткая вообще среда. Мне не нравятся очень многие вещи. Мне не нравится агрессия, которая тут присутствует. Мне не нравится абсолютное равнодушие, которое здесь присутствует. Мне не нравится засилье какого-то… как клоака, знаешь, сюда течет все. Если бы сюда тек только интеллект, то думаю, наверное, все назвали бы это Силиконовой долиной. Но яма и помойка – это то, что сейчас представляет Москва.

Олег Анисимов:

Это не резиновая долина называется

Сергей Черников:

Но она резиновая, как показывает практика.

Олег Тиньков:

Да, понятно.

Сергей Черников:

Т.е. поэтому, наверное, ответ на вопрос я не дам, чем она будет произрастать. Мне кажется с точки зрения вообще исторической ценности России и ее будущего, т.е. до тех пор пока мы будем такой индустриальной сырьевой державой, ну здесь она, собственно, вот эта жопа и будет продолжаться. И чем дальше будет, тем хуже. Мы уже в образовательной среде проиграли все конкурентные вещи всему миру. Вот там, например, мы с Олегом как-то беседовали, есть такой тест, который проводится в мире. Вот так наши ученики начальной школы, они там первые. Там есть такой тест на прочитку и понимание текста. И вот наши первоклассники, третьеклассники они там номер один. Как только 15 лет – все, наши там 48, 53 место делят. Т.е. мы, в принципе, в образовательном, в интеллектуальном дискурсе давно уже там давно далеко. Нас уже, в принципе, нет.

Олег Тиньков:

Да, тут нужно думать, вот какая-то глубокая мысль. То же самое в спорте. Я просто спортом полупрофессионально увлекаюсь. Например, велоспорт. Если взять велоспорт и, кстати, другие виды спорта смежные. Русские спортсмены сейчас последние 15 лет они все чемпионы мира среди юниоров, чемпионы мира сред юношей и чемпионы мира среди андеров до 23 лет. Все будет рус, рус, рус, рус, если поднять протоколы соревнования. Потом их никогда нет. Вот то же самое. Т.е. на начальном этапе лучшие, а потом… У нас тут какая-то фундаментальная история. Может быть, потому что мы детей нагружаем здесь больше, чем в Европе они это делают.

Сергей Черников:

Это точно. Потому что все равно, как у меня дед говорил, что воспитывать надо пока поперек кровати лежит, а не вдоль. Собственно в этом все и…

Олег Тиньков:

Отсюда все и произрастает?

Сергей Черников:

Да. Вот мы знаем, что в школу его надо отдать, чтоб он читал, чтоб он был крутой, потому что он в школу поступил. Он уже в третьем классе знает, у кого какие родители, сколько баблосов. Кто на какой иерархической ступеньке находится. Это дети очень быстро. И пока еще родители ему могут дать чего-то, чему-то научить его, то да, вот там до 10 лет. А потом уже, когда пошла тригонометрия какая-то, алгоритмы – уже все, слушай, давай учись там. И уже все, он сдувается, мне кажется вот в этом дело. И как мы воспитываем детей – это тоже отдельный разговор. Это боль как бы. Я это реально сам ощущаю. Пока я еще нахожусь членом в Общественной палате, как раз нахожусь в комиссии по образованию. Вот то, что вижу – это все очень печально. Не хочу минорные тона какие-то разводить, но, тем не менее, это реально печально. Потому что мы до 10 лет, до начальной школы, в течение начальной школы в детях закладываем сразу какую-то конкурентную среду. Они сразу с первого класса начинают конкурировать.

Олег Тиньков:

И списывать.

Сергей Черников:

У меня дети живут в Канаде. И я вот четко вижу, какая здесь среда и какая там среда.

Олег Тиньков:

Но они там дети до 15 лет.

Сергей Черников:

Слушай, да они там в припрыжку бегут в школу. Они хотят там учиться. С директором школы я там говорил, даже вопрос ей задавал. Она говорит: «У нас самое главное – воспитать в них человеческие качества». А когда ты человека уже сделал полноценной личностью, когда он умеет любить, дружить, ценить что-то, то, да. А когда это человек, который все знает, что такое деньги и т.д.

Олег Тиньков:

Ну, да.

Сергей Черников:

Пример. Одна московская девочка 7 лет и моя Алена 6 лет. Вот они сидят, разговаривают. Я там сижу и краем уха слушаю. Вот прямо буквально последний пример. У нее там папа мой приятель, он стоматолог, у него какая-то стоматологическая здесь сеть, и она говорит: «Мой папа вообще по 3 штуки в день зарабатывает баксов». А моя этого вообще не знает, что папа зарабатывает, не зарабатывает. В принципе не знает. И она вся так собирается, собирается и говорит: «А мой папа тоже хороший». Я считаю, вот это правильный подход.

Олег Анисимов:

А как ты стал предпринимателем?

Сергей Черников:

Я жил в таком рабочем районе, такой Содовский район у нас был, я родился там. Вообще Стерлитамак такой город, потому что там есть большие соляные залежи и есть залежи известняка. Сейчас чуть-чуть отступлюсь, а что такое там кальцинированная сода и что такое, например, ПВХ. Это там природа одна, когда я уже немножко в уме подрос (это было лет в 35, примерно), я понял, что для того, чтобы сделать хороший большой бизнес, я понял, что надо делать только большой бизнес. Потому что ты можешь делать на 100 тысяч бизнес, можешь сделать на 100 миллиардов – усилий ты тратишь ровно столько, не меньше. И я понял, что еще важно найти одно слово. И вот это слово называется соль.

Олег Тиньков:

Соль земли.

Сергей Черников:

Это, да поваренная соль, которая там есть. В 1986 году я пришел, быстренько пошел играть в кабак. Поиграл в кабаке, понял, что навар в полтинник, а у меня мать уже тогда не работала, сестра была еще тогда молодая такая с хвостом пушистым. И маманя как-то усадила меня и говорит: «Так, сын…». Она меня очень правильно воспитывала, всегда баловала, т.е. исполняла мои желания до 18 лет. Никогда не говорила, что ты должен там бабло заработать или т.д. Но я, почему-то, точно все время знал лет в 16, что у меня будет миллион. Дневник веду с 7 лет, поэтому там все это написано. Я точно себе поставил цель, что он у меня точно будет в 30 лет. И мне жутко хотелось мотоцикл в 16 лет. Маманя говорит: «Слушай, я тебе мотоцикл не куплю. Хочешь, иди сам зарабатывай». Она тогда работала руководителем одного маленького предприятия. Я говорю: «Я готов пойти работать, но только моторолистом. Знаешь на мотороллере ездить». Она мне говорит: «Хорошо, моторолистом, так моторолистом». Устроила. И, значит, она видимо там шепнула механику, типа похорони его там под мотороллером. Дали мне эти гаечные ключи. Я уже тогда на гитаре прилично играл, на рояле прилично играл. И я все руки свои просто сбил дней за 10. И я пришел тогда и маманя мне говорит: «Ну, как?». Я говорю: «Слушай, мам, я больше не работаю. Не хочу. Я больше никогда не пойду работать. У меня будет точно свое дело». А она в ответ: «Ну, тебя посадят». Такие времена были. Я говорю: «Слушай, да лучше сидеть, чем вот так вот горбатиться. Ну, куда это все?».

Олег Тиньков:

Похоже все, да.

Сергей Черников:

Вот потом, когда я пришел, пошел в кабак, понял, она мне сказала: «Так, сын, ты теперь за семью отвечаешь». Я думаю так, что-то, как-то от музыки отвильнуть было сложно. Так чисто интеллектуально. Думаю, нет, музыку люблю, ну как эту девушку бросишь. Поэтому открыл звукозапись. Открыл звукозапись, сам посидел вначале позаписывал, позаписывал. Потом чувствую геморрой просыпается, нанял человека. Открыл вторую точку, потом третью точку открыл. Потом думаю, слушай, видео же еще есть. Открыл один видеосалон, второй видеосалон. Начал там только ездить бабло собирать.

Олег Тиньков:

По рублю вход, да?

Сергей Черников:

Да я уже, что-то не помню.

Олег Тиньков:

По рублю, по рублю.

Сергей Черников:

Ну, что ты. Прямо было тогда денег много. Казалось, куда их девать? Про Швейцарию тогда ничего не знал, про банки ничего не знал. И вот в чемодане какие-то заначки собирал. И никогда их не копил, а вкладывал всегда в дело. У меня до 34 лет вообще в принципе не было квартиры.

Олег Тиньков:

А как предприятия эти приватизировал? Как ты попал в химпром этот весь и т.д.? Это же государственные были.

Сергей Черников:

Это были акционерные общества уже тогда.

Олег Тиньков:

Ты стал скупать потом акции на эти деньги, которые ты заработал первоначально, или как? Или это залоговый аукцион?

Сергей Черников:

Если бы. Да нет, все же нормально получилось в целом. Я приехал в Москву, когда…

Олег Тиньков:

Застрелил директора просто?

Сергей Черников:

Да, практически. Нет, там как получилось? Т.е. 30 лет уже все, мне показалось… Хотя у меня тогда там было уже все: ломбард, мебельный магазин, помойка какая-то производственная.

Олег Анисимов:

Помойка – это важный бизнес.

Сергей Черников:

Да, тогда была. Ельцин, кстати, тогда к нам приехал, а у меня с мэром (он сейчас депутатом там) всегда было на ножах. И там, короче говоря, приехал Ельцин, и так сложилось, что я к нему подбежал,- и нам помойку отдали. Мы там начали хулиганить. На этом фоне взяли один цех в аренду, второй цех в аренду. Но в 30 лет все закончилось, и я понял, что не хочу там просто жить. Не знал куда ехать. Думал, может в Питер ехать, может в Москву. А потом как-то в субботу жене говорю: «Слушай, уезжаем в понедельник». Вот я взял 5 штук долларов и поехал в Москву со своим водителем. Приехал с водилой: никого не знаю, где ночевать не знаю. Там у каких-то знакомых, у двух девок недельку пожил, снял квартиру. Вот за 600 долларов на Мосфильмовской тогда снял квартиру на 3 месяца – 1800 долой. Купил компанию за 600 долларов – 2400. Ну, и все, вот на 2600 крутись, как хочешь. А все оставил там сестре и матери. Все это дело благополучно сдулось через 2 года. Ну, и привез их потом сюда. У меня здесь все вроде бы нормально все. Начал импортом заниматься, продукты питания таскать.

Олег Анисимов:

Но, а как потом купил все равно Башкирский завод?

Сергей Черников:

Потом повзрослел, понял, что реальные деньги надо не тратить, а вкладывать их в реальные активы. Это 1998 год, когда все понял уже. Торговлей занимались, нефтепродукты, разные взаимозачеты, помните? И просто понял, что надо. Вот так потихонечку вложили. Тогда купили нефтяной актив. В производство пошли. Слушай, нужна большая тема. Давай придумывать слово. Думали, думали, думали… Слушай, вот Стерлитамак, соль там все классно, почти бесхозная. Что-то пилят там бабло все на заводах, подворовывают потихоньку и все.

Олег Анисимов:

Т.е. это были убыточные предприятия?

Сергей Черников:

И так потихоньку залезли, они убыточные были все. И так потихоньку купили один…

Олег Анисимов:

Сейчас будут вопросы, Сергей. Что значит потихоньку залезли?

Сергей Черников:

Ну, купили пакет чего-то 14%. Миноритарный пакет купили на Каустике.

Олег Анисимов:

Сколько стоил?

Сергей Черников:

Миллион что ли, полтора.

Олег Анисимов:

Рублей?

Сергей Черников:

Долларов. Купили и потом потихонечку, потихонечку добрали, за 3-4 года контроль докупили. А когда уже блок-пакет - стали самым крупным акционером. Начали с местными властями договариваться, с людьми. Начали какие-то вещи делать. Люди понесли акции. Начали покупать. Потом госпакет купили, т.е. и т.д. Один завод, потом второй завод. Кстати, во втором заводе мы до сих пор миноритарии там.

Олег Тиньков:

А сейчас в кризис, соль – это выгодно? Вот в данный момент.

Сергей Черников:

Да, выгодно.

Олег Тиньков:

До сих пор, да?

Сергей Черников:

У нас же все играют в монополию.

Олег Тиньков:

Пытаются, как минимум.

Сергей Черников:

Ну да. Вот мы еще в 2003, по-моему, году начали какие-то вещи делать. В принципе, мы отстояли, скажем так, рыночные позиции и у нас все более-менее нормально. И в эту историю химическую мы тоже там идем, но мне это перестало в определенный момент быть интересно с точки зрения интеллекта и прикладывания сил.

Олег Тиньков:

Ты говоришь - "мы". У тебя партнеров много?

Сергей Черников:

Партнеры есть.

Олег Тиньков:

Он один или несколько во всех бизнесах или в каждом разные?

Сергей Черников:

Во-первых, у меня есть один партнер, с которым мы вместе срочную службу служили. Он один. И еще есть второй. Т.е. трое. А в каждой конструкции у нас где-то там со всеми по-разному.

Олег Тиньков:

Время пролетело быстро. И у нас традиционно в конце передачи Олег просит, но поскольку он почему-то пассивен сегодня, мне пришлось…

Сергей Черников:

Не наливают, может?

Олег Тиньков:

Не наливают. Надо выпить, Олег.

Олег Анисимов:

Давай, давай я скажу. Сергей, посмотри, пожалуйста, в камеру, там ты видишь, сидит за клавиатурой паренек из Стерлитамака, ему 15-20 лет. Что ты ему можешь посоветовать?

Сергей Черников:

Все правильно, Серега, так и надо. Также выбирай всегда либо - влево, либо - вправо. Но всегда думай прежде, чем сделать какой-то очередной шаг. Вот это бы сказал.

Олег Анисимов:

Спасибо, Сергей.

Олег Тиньков:

Спасибо.

Комментарии (5)




Другие выпуски "Бизнес-секретов"

Если
нужны деньги.
Кредитная карта
«Тинькофф Платинум»
Если деньги
нужно приумножить.
Вклады и счета
?? ? Google+